Суд первой инстанции в удовлетворении иска отказал. Суд исходил из того, что ответчик принял наследство после смерти наследодателя, фактически вступила в права наследования в установленном законом порядке.

     Доводы представителя истца о том, что наличие у ответчика сберегательной книжки и свидетельства о праве собственности на земельный участок не доказывают факт принятия ответчиком наследства, поскольку никаких действий к принятию наследства ответчик не предпринимал, суд признал необоснованными.

     Апелляция и кассация согласились с решением суда первой инстанции.

     Позиция Верховного суда Российской Федерации - никаких действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, в том числе по фактическому обладанию имуществом, в течение шестимесячного срока принятия наследства ответчик не предпринимал, данный факт был установлен судом, признан ответчиком в ходе судебного заседания, также нашел подтверждение и в суде апелляционной инстанции. При таких обстоятельствах, выводы суда о наличии оснований для признания за ответчиком в порядке наследования по закону права собственности на 1/2 доли в праве собственности на наследственное имущество ввиду фактического принятия им наследства, не основаны на нормах материального права.

     По настоящему делу фактически принявшим наследство ответчик считаться не может, поскольку предъявленные нотариусу документы, на основании которых ответчику выданы свидетельства о праве на наследство, сами по себе не могут быть отнесены к наследственному имуществу, как и не являются доказательствами, подтверждающими совершение действий.

     Верховный суд Российской Федерации пришел к выводу: постановления судов отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

     Определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.11.2025 № 4-КГ25-54- К1